К вопросу об органическом расстройстве личности при эпилепсии

М.В. Лаврущик

ФГБУ "Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии" Минздрава России, Москва

МКБ-10:

VI.G40-G47.G40.4     Другие виды генерализованной эпилепсии и эпилептических синдромов

VI.G40-G47.G40.3     Генерализованная идиопатическая эпилепсия и эпилептические синдромы

V.F00-F09.F07.9     Органическое расстройство личности и поведения, обусловленное болезнью, повреждением или дисфункцией головного мозга, неуточненное

В представленном обзоре литературы рассматривается роль и место органического расстройства личности в клинической картине психических расстройств при эпилепсии. Отмечаются различные гипотезы, объясняющие причины формирования личностных особенностей у больных эпилепсией. Показано, что изменения личности наряду с пароксизмальными расстройствами являются важным критерием для диагностики эпилепсии. Описываются различные патохарактерологические особенности с преобладанием эксплозивно-эпилептоидного и дефензивного вариантов изменений личности у больных эпилепсией.

эпилепсия, психические расстройства, расстройство личности

Эпилепсия - хроническое заболевание головного мозга со сложным этиопатогенезом, полиморфной клинической картиной и неоднозначным прогнозом, несмотря на значительный прогресс в области диагностики и лечения. В связи с большой социальной значимостью и высокой распространенностью эпилепсия на протяжении многих десятилетий является областью обширных клинических и функциональных междисциплинарных исследований [12]. В клинической картине эпилепсии ведущее место занимают психические нарушения, к которым относятся вторично-невротические, отражающие преимущественно особенности личностного реагирования на заболевание и в меньшей степени зависимые от прогредиентности самого эпилептического процесса [13]. I.J., B. Schmitz [52], W.A. Swinkels [53] отмечают, что "психиатрические осложнения" встречаются у людей с эпилепсией и вносят существенный вклад в ухудшение качества жизни пациентов и их родственников. D. Gülpek, E. Bolat [45] подчеркивают, что эпилепсия сопровождается многими психическими расстройствами и продолжает оставаться заболеванием, которое нарушает функционирование и качество жизни больных. Для оценки изменений психики при эпилепсии имеет значение тот факт, что в процессе развития заболевания постепенно формируется эпилептический характер. По мнению многих авторов, наряду с классическими проявлениями в виде судорожных и различных бессудорожных форм при эпилепсии, возникают психопатологические расстройства, включающие интерпароксизмальные нарушения, в том числе и специфические изменения личности. При этом наиболее ранним признаком развития эпилептического процесса считаются изменения личности, которые могут предшествовать пароксизмальной манифестации [8, 16, 19, 25, 34, 42]. Основными свойствами эпилептического характера признается биполярная ось "дефензивность-эксплозивность". Дискуссионным является лишь вопрос о том, какой из этих 2 полюсов является более специфическим для эпилепсии: дефензивный - полюс вязкости, аффективной напряженности, тугоподвижности, застойности или же противоположный полюс "огневой" эксплозивности, агрессивности, "гиперстеничности" [29]. М.В. Усюкина, Т.А. Шахбази [34, 35] подчеркивают, что изменения личности у больных эпилепсией проявляются двумя полюсами расстройств - эксплозивно-эпилептоидным с паранойяльными чертами (аффективная взрывчатость, импульсивность, злопамятность, склонность к гневливо-злобным реакциям, подозрительность, недовольство окружающим) и дефензивным с преимущественно глишроидными (педантичность, аккуратность, следование традиционным взглядам, религиозность) и психастеническими (тревожность, ипохондричность, сенситивность, мнительность) проявлениями. Некоторые же исследователи - преимущественно зарубежные авторы - отрицают наличие специфических изменений психики при данной патологии, выражая точку зрения о том, что они являются по существу органическими симптомами, к которым добавляются реактивные наслоения с проявлением "неспецифического" органического поражения головного мозга или "случайно связанными" и "коморбидными" с эпилепсией расстройствами [54-57]. N. Geschwind, M. Trimble подчеркивают дискутабельность термина "эпилептическая личность", в то же время D. Bear и соавт. настаивают на данном определении [39, 44, 59]. А.И. Болдырев [7] считает, что термин "эпилептическая личность" неправомерен, так как он не отражает всего многообразия личностных характеристик больных эпилепсией, правильнее, как считает автор, говорить об изменениях личности при эпилепсии. Диапазон изменений личности при эпилепсии весьма значителен и колеблется от сравнительно нерезких характерологических особенностей, особенно на начальных этапах течения болезни, до эпилептического слабоумия. Характеризуются они, как утверждает В.А. Карлов [19, 20], положительными качествами, которые в силу их возведения в абсолют превращаются в свою противоположность: упорство в достижении целей - в назойливость, пунктуальность - в педантизм, вежливость - в льстивость и угодливость, скромность - в самоуничижение и т. д. По мнению Г.Е. Сухаревой, больным эпилепсией свойственны патологические изменения глубинных слоев психики: сферы инстинктов, влечений (повышенный инстинкт самосохранения, повышение влечений, с чем связаны жестокость, агрессивность, а иногда повышенная сексуальность) и темперамента (замедленный темп психических процессов, преобладание хмурого, угрюмого настроения) [30, 31]. Полиморфизм личностных особенностей больных эпилепсией обусловлен не только собственно дефицитарными симптомами, но и типом поведения, вызванного компенсаторными механизмами. В основе развившегося психического дефекта могут лежать разные факторы: органическое поражение тех или иных отделов мозга, нейронные эпиразряды, влияющие на функцию мозга пораженной области, противоэпилептическая терапия; сам факт наличия болезни, реакция больного на заболевание (особенно в ранней стадии, при постановке впервые диагноза "эпилепсия") и связанные с ним ограничения.

В большинстве работ подчеркивается, что изменения характера нарастают по мере прогрессирования заболевания. Авторы считают, что для развития характерных для эпилепсии изменений личности наиболее значимы особенности преморбида, природа и выраженность органического поражения головного мозга, на почве которого развилась эпилепсия, особенности эпилептического процесса, компенсаторные возможности организма и средовые факторы [5-9, 23, 24]. А.И. Болдырев [7] подчеркивает значительный патоморфоз личностных изменений больных эпилепсией в сторону акцентуации негативных показателей; более выраженными стали, как считает автор, эгоизм и эгоцентризм, повысилась чрезмерная и необоснованная требовательность больных к окружающим. При этом требовательность к себе заметно снизилась: если прежде больные стремились к труду, как к свету, то сейчас нередко обнаруживаются потребительские тенденции. В.В. Ковалев и соавт. [22] в формировании изменений характера больных эпилепсией особое значение придают реакциям личности на отношение окружающих, а также на осознание своей болезни и связанных с ней психических дефектов. Н.Г. Токарева [32] психическую ригидность считает основным свойством эпилептической личности.

По данным М.В. Усюкиной [33], с течением заболевания происходит нивелировка первоначальных характерологических особенностей личности с формированием типичного для эпилепсии симптомокомплекса личностных расстройств. На начальных этапах течения эпилептического процесса на фоне трудностей социальных коммуникаций, конфликтности, несдержанности постепенно происходит формирование ядра новой личности. Основными чертами психики больных эпилепсией являются, по данным автора, застойность и полярность аффекта, выражающиеся в сочетании аффективной вязкости и склонности застревать на тех или иных (особенно отрицательных) деталях, с одной стороны, и эксплозивности, аффективной взрывчатости, импульсивности с большой силой аффективного разряда - с другой. Эти особенности аффекта выражаются в таких типичных для больных эпилепсией характерологических особенностях, как выраженный эгоцентризм, проявляющийся в чрезмерном себялюбии, собственничестве, жадности с переоценкой собственных возможностей и концентрацией всех интересов на своих потребностях и желаниях.

Впервые мнение о существовании специфического эпилептического характера было высказано во второй половине ХIХ в. французскими исследователями, которые утверждали, что нрав и обычаи больных эпилепсией позволяют заподозрить болезнь еще до официального приступа, отмечали в характере больных непостоянство, что в соответствии с современным пониманием обозначается как биполярность. О таких больных J. Falret [43] писал, что они "переходят от энтузиазма с утрированной благожелательностью к неуловимой ненависти, то мягкие и великодушные до угодливости, то нагловатые и непристойные, то веселые и экспансивные, то тихие и угрюмые". Доминирующими чертами характера больных эпилепсией считались также раздражительность, недоверчивость, склонность к гневу, порой по незначительным поводам. В то же время у них отмечалась смена настроения, когда робкие, осторожные, склонные к комплементам больные становились вдруг печальными, недоброжелательными с внезапными вспышками ярости. Указывалось на чувствительность, сварливость, раздражительность, гневливость больных эпилепсией [17].

М.Я. Киссин [21] выделяет несколько вариантов изменений личности при эпилепсии с доминированием глишроидности и эксплозивности. По данным автора, антисоциальные черты (мстительность, взрывчатость, придирчивость, эксплозивность, склонность к ссорам, вспышкам ярости, злобы) являются превалирующими у значительной части пациентов.

В формировании изменений личности определенная роль принадлежит реакциям личности на отношение окружающих, а также на осознание своей болезни и связанных с ней дефектов [37]. В связи с этим, по данным М.В. Усюкиной [33], в характере появляются такие не свойственные ранее больным особенности, как настороженность, ощущение недовольного, недоверчивого отношения окружающих к себе, чувство ущербности и замкнутости, сенситивности, подозрительности, утраты надежды на излечение, смирение с мыслью о болезни, неуверенность в себе, ипохондрические переживания. S.D. Broicher, G. Kuchukhidze и соавт. [41] указывают, что социальное "отвержение" ведет к недостаточности контактов больного с другими, постепенно формирует у него замкнутость, нелюдимость, непонимание и нежелание следовать социальным нормам. Появление в результате этого нерешительной, мнительной, сверхчувствительной к оценкам окружающих личности, эпитимного, гиперсоциального больного со всеми присущими такому типу чертами (педантичность, исполнительность, прилежность и т.д.) или, напротив, человека с выраженной антисоциальной направленностью интересов и поведения зависит в большей мере от преморбидных особенностей индивида, уровня его психического и личностного развития, микросоциального окружения.

S. Waxman и N. Geschwind [61] выделили такие признаки измененного поведения при эпилепсии, как усиление эмоций, обстоятельность, повышенную религиозность, снижение сексуальной активности и гиперграфию. Авторы обозначили это состояние как "интериктальный поведенческий синдром", за которым в последующем в психиатрической литературе закрепилось название "синдром Gastaut-Geschwind".

Существуют различные гипотезы, объясняющие причины характерологических изменений у больных эпилепсией: конституциональная, органическая, гипотеза локальной обусловленности, обусловленности изменений личности от прогредиентности эпилептического процесса, от формы эпилепсии, гипотеза лекарственного происхождения характерологических изменений у больных эпилепсией, психогенного их происхождения [27].

А.И. Болдырев [8] подчеркивает, что на развитие характера больного оказывают влияние особенности его воспитания, дефекты которого способствуют девиантному психопатоподобному поведению, развитию асоциальных тенденций. Так, по мнению автора, возникают эгоизм и эгоцентризм, которые считались стержневыми проявлениями личности больных эпилепсией.

А.А. Земляная [14] отмечала, что "классические" эпилептические изменения личности более связаны с ранним дебютом припадков, наличием органической патологии головного мозга, мнестико-интеллектуальной недостаточностью. Расстройства личности и поведения психопатоподобного круга предпочтительнее для дебюта эпилепсии в раннем подростковом возрасте, менее связаны с когнитивным дефицитом. Для более позднего дебюта припадков, а также для идиопатической эпилепсии представляются более характерными особенности личности инфантильного плана. По мере увеличения частоты припадков нарастали частота и степень выраженности неврологической симптоматики [10]. При изучении структуры когнитивных нарушений у больных идиопатической эпилепсией установлено разнообразие сочетаний нарушений высших корковых функций: внимания, памяти, праксиса, беглости речи. Отличием нарушений когнитивных функций при фокальных и вторично-генерализованных припадках являлось более частое нарушение гнозиса и мышления. Число сочетаний нарушенных когнитивных функций у больных с генерализованными припадками было наименьшим [10]. Важное место среди предикторов когнитивных дисфункций при эпилепсии принадлежит такому факту, как локализация и характер церебрального поражения [36]. В начальных стадиях заболевания когнитивные нарушения и изменения личности наблюдались у небольшого числа больных [16, 19, 20, 57]. В более поздних стадиях заболевания у больных с неблагоприятным течением наряду с явлениями интеллектуально-мнестического снижения выявляются вязкость, ригидность, обстоятельность мышления, педантичногсть, эгоцентризм [3].

По данным ряда авторов, существенную роль в развитии характерологических особенностей больных, страдающих эпилепсией, имеет возраст [8, 23, 42, 48]. Существует также мнение, что нет совпадения черт характера у детей, страдающих эпилепсией, и взрослых больных. У взрослых доминируют медлительность, вязкость, тяжеловесность, а также вспыльчивость, злопамятность, эгоизм, а детям присущи раздражительность, повышенная возбудимость, вспыльчивость, аффективность, суетливость, гиперкинетичность, агрессивность и прочие социальные и поведенческие нарушения. Преморбидные конституциональные особенности психики больных постепенно сглаживаются и появляются черты, не свойственные им ранее - грубость, эксплозивность, конфликтность, развязность, циничность. Перечисленные характерологические нарушения носят либо постоянный характер, либо выступают в виде эпизодических, как правило, психогенно обусловленных дисфорий [21].

Рядом авторов высказывались мнения, что изменения психики у больных эпилепсией в первую очередь обусловлены локализацией патологического очага. При левостороннем поражении головного мозга преобладают психастеноподобные и ипохондрические проявления, а при правостороннем - эмоциональная лабильность с импульсивностью [4]. Установлено также, что у больных с левосторонним поражением головного мозга преобладают нерешительность, неуверенность в себе наряду с недоверием к окружающим, подозрительностью, обидчивостью, склонностью к сверхценным образованиям; им свойственны тяжеловесность, ригидность, педантизм, угодливость. У больных с правосторонним поражением чаще наблюдаются истероформные черты с демонстративностью, внушаемостью, у них менее выражена ригидность психических процессов, часто выявляется склонность к фантазированию [2, 3]. S.D. Broicher, G. Kuchukhidze и соавт. [41] указывают на нарушение распознавания основных эмоций у больных височной эпилепсией. D.M. Bear, P. Fedio [38] отмечали, что больным с височной эпилепсией свойственны такие черты характера, как зависимость, эмоциональность, раздражительность, религиозность и философский интерес. По данным D. Tranel, A. Bechara [58], префронтальная кора связана с социальным поведением, обработкой эмоций и принятием решений. При двусторонних лобных очагах В.А. Карлов [19] отмечал наибольшую степень выраженности полиморфизма и частоты припадков, изменений личности и эйфорической деменции. Правополушарный вариант лобной эпилепсии авторы характеризуют наличием у больных выраженной эйфории, сменяющейся состоянием экзальтации, иногда со злобностью и агрессией, анозогнозией и расторможенностью, сочетающейся с тугоподвижностью мышления, эксплозивностью и тяжелыми дисфориями. A.M. Pizzi, J.S. Chapin и соавт. [50], сравнивая личностные профили пациентов с лобной и височной эпилепсией, выявили преобладание эмоциональной лабильности, трудностей взаимоотношений (мания, тревога, антисоциальность, подверженность стрессу и отсутствие выносливости) и признаков лобной дисфункции у больных с фронтальной эпилепсией. С возрастом у большинства больных выявляются стойкие нарушения психики, обусловленные вовлечением обеих височных долей и прежде всего лимбической системы [28]. В другой работе [15] определяли влияние профиля асимметрии и стороны фокуса эпилептической активности на психопатологические проявления при парциальной эпилепсии. Оказалось, что ни возраст больных к периоду дебюта эпилепсии, ни длительность заболевания, ни частота и тяжесть припадков не определяют появление психических расстройств в такой степени, как формирование множественных эпилептических очагов с вовлечением лобных и височных долей мозга.

Были предприняты попытки изучения связи психопатологических нарушений с локализацией и латерализацией эпилептического очага, возрастом дебюта и длительностью заболевания. При поражении левого полушария головного мозга течение эпилепсии отличается значительной прогредиентностью и более быстрым формированием эпилептической деменции. У больных этой группы, особенно на ранних этапах болезни, описана склонность к астенодепрессивным переживаниям и ипохондрическим проявлениям. При поражении правого полушария более выражены эмоциональная возбудимость и импульсивность, истероформные реакции и недооценка тяжести своего состояния [1, 11].

Многие авторы, рассматривая взаимоотношение между эпилепсией и насильственным поведением, отмечали периодические вспышки агрессивности или насилия, которые значительно превосходят по своей выраженности вызвавшие их психосоциальные стрессы [7, 18, 25].

В совершении общественноопасных деяний нередко находят свое отражение те или иные стороны психики лиц, страдающих эпилепсией, когда конфликтные отношения связаны в значительной мере с характерологическими особенностями. Проявления в клинической картине заболевания гнева, импульсивности, враждебности и т.п. увеличивают риск преступного поведения [46, 51]. По данным некоторых зарубежных авторов, импульсивность коррелирует с рядом проблем психического здоровья - поражением головного мозга, алкогольной интоксикацией, некоторыми личностными расстройствами [47, 49].

По сведениям Y. Yang, A. Raine [60], антисоциальное и агрессивное поведение связано со структурными и функциональными нарушениями в префронтальной коре. Авторы указывают на связь правонарушений с неврологической дисфункцией, органическим поражением головного мозга, черепно-мозговой травмой, эпилепсией, деменцией. Исследователи отмечают, что лобно-височная дисфункция мозга, выявляемая с помощью нейровизуализационных методов исследования, часто сопровождается антисоциальным поведением (расторможенность, импульсивность, отсутствие эмпатии). Это связано с участием структур лимбической системы в опосредовании потенциала для импульсивной агрессии и с контролирующей агрессивность функцией лобно-височных областей. D. Bear [38, 39] сообщал не только о значении повреждения височных долей мозга для проявления агрессии в межприступный период у больных височной эпилепсией, но и об участии в реализации такого поведения лимбических областей, которые, по мнению автора, несут ответственность за нарушения и иных глубоких эмоций, входящих наряду с возрастающей агрессивностью в структуру интериктального поведенческого синдрома.

По данным М.М. Мальцевой и В.П. Котова [26], немаловажное значение в генезе общественноопасного деяния, особенно при ведущем значении психопатоподобных расстройств, придается специфическим личностным особенностям, свойственным эпилепсии, что дает основание говорить о своеобразии негативно-личностных механизмов общественноопасных деяний у таких больных. С течением заболевания у больных происходит формирование патохарактерологических особенностей, которые предопределяли ненормативные формы реагирования, в целом воспринимаемые как асоциальность. O. Devinsky, А. Ritaccio [42] считают, что противоправные действия у больных эпилепсией связаны с повышенной возбудимостью, раздражительностью, злобностью, эгоцентризмом, мстительностью и одновременно склонностью пациентов к брутальным формам реагирования. Психическая ригидность, как одна из фундаментальных личностных особенностей больных эпилепсией, характеризующаяся склонностью к застреваемости на личностно значимых представлениях, а также обидчивость, мстительность, злопамятность, будучи производными от подобной ригидности, сочетаясь с застойностью аффекта, недостаточной дифференцированностью эмоциональной сферы, не позволяют испытуемым различать оттенки и нюансы состояния другого человека и зачастую всей ситуации в целом, что приводило к вспышкам ярости, агрессии.

Таким образом, типичные, специфические изменения личности представляют собой наряду с пароксизмальными расстройствами важный критерий для диагностики эпилепсии. Степень выраженности тех или иных сформировавшихся специфических особенностей личности зависит, безусловно, от преморбидных особенностей, времени начала заболевания, большей или меньшей роли экзогенных факторов в происхождении эпилепсии, интенсивности течения эпилептического процесса, компенсаторных возможностей организма, факторов окружающей среды, образования, воспитания, характера труда, отношения к больному в обществе.

Для корреспонденции

Лаврущик Марина Вячеславовна - младший научный сотрудник отделения экзогенных психических расстройств ФГБУ "Федеральный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии" Минздрава России

Адрес: 119991, г. Москва, Кропоткинский пер., д. 23

Телефон: (495) 637-52-62

E-mail: lmv16534@gmail.com

VI.G40-G47.G40.4     Другие виды генерализованной эпилепсии и эпилептических синдромов

VI.G40-G47.G40.3     Генерализованная идиопатическая эпилепсия и эпилептические синдромы

V.F00-F09.F07.9     Органическое расстройство личности и поведения, обусловленное болезнью, повреждением или дисфункцией головного мозга, неуточненное

1. Белая И.И. Межпароксизмальные клинико-психопатологические особенности больных эпилепсией с преимущественным поражением левого и правого полушарий мозга // Автореф. дис. канд. мед. наук. - 1981. - М.-23с.

2. Белая И.И., Торба В.А. Личностные особенности больных эпилепсией в свете функциональной асиммтерии больших полушарий головного мозга // Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. - 1976. - Т.76. - Вып.1. - С. 133-135.

3. Белая И.И., Торба В.А. Об особенностях перцептивной деятельности у больных эпилепсии с преимущественным поражением правого и левого полушария мозга // Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. - 1978. - Т.78. - Вып.4. - С. 570-575.

4. Березин Ф.Б. Психическая и психофизиологическая адаптация человека. - Л.: Наука. - 1988 - 268с.

5. Болдырев А.И. Эпилепсия у взрослых. - М.: Медицина. - 1984. - 288с.

6. Болдырев А.И. Эпилепсия у детей и подростков. - М.: Медицина. -1990. -317с.

7. Болдырев А.И. Социальный аспект больных эпилепсией. - М.: Медицина. - 1997. - 207с.

8. Болдырев А.И. Психические особенности больных эпилепсией. - М.: Медицина. - 2000. - 383с.

9. Болдырев А.И. Психические изменения в развернутой стадии эпилепсии. // Российский психиатрический журнал. - 2001. - №1. - С. 10-13.

10. Бурдаков В.В., Гумалатова Н.В. Особенности неврологических и нейропсихологических изменений при начальных стадиях энцефалопатии у больных идиопатической эпилепсией // Саратовский научно-медицинский журнал. - 2011. - Т. 7. - № 4. - С. 870-874.

11. Вольф М.Ш. Эпилепсия (клиника, лечение, электроэнцефалография, патоморфоз и организация терапии). - М.: Медицина. - 1990. - 234с.

12. Гехт А.Б. Эпидемиология и течение эпилепсии. Эпилептология в медицине XXI века. Под ред. Е.И. Гусева, А.Б. Гехт. - М: Светлица. - 2009. - С. 45-50.

13. Громов С.А., Липатова Л.В., Якунина О.Н., Киссин М.Я. Комплексная медико-психологическая диагностика и реабилитация больных, страдающих эпилепсией с психическими расстройствами. - Санкт-Петербург. - 2012 - С.6-7

14. Земляная А.А. Психические расстройства у больных эпилепсией юношеского возраста. Автореф. дис. канд. мед. наук. - 2006. - М.- 14 с.

15. Земляная А.А., Калинин В.В., Ковязина М.С., Крылов О.Е. Психические расстройства и сенсомоторная асимметрия головного мозга у больных эпилепсией // Журн. неврологии и психиатрии. - 2010. - №3. - Вып.2. - С. 75-81.

16. Казаковцев Б.А. Психические расстройства при эпилепсии. - Москва. - 1999. - 416с.

17. Каннабих Ю.В. Развитие учения об эпилепсии // Проблемы теоритической и практической медицины. - М. - 1938 - С.5-16

18. Каплан Г.И., Сэдок Б. Клиническая психиатрия. - М.: Медицина - 1994. - С.130-137.

19. Карлов В.А. Эпилепсия. - М.: Медицина. - 1990. - 336с.

20. Карлов В.А. Лекции по эпилепсии. - М. - 1976. - 72с.

21. Киссин М.Я. Клиническая эпилептология. - М.: "ГЭОТАР-Медиа". - 2011. - С. 118-157.

22. Ковалев В.В., Белов В.П., Венцовски Е. Эпилепсия // Руководство по психиатрии. - М.: Медицина. - 1988. - С.516-558.

23. Краснушкин Е.К. Психические расстройства при эпилепсии - М. - 1960. - С.241-347.

24. Мадорский С.А. Эмоциональные нарушения при поражении медиобазальных структур височной доли мозга (экспериментально-клиническое исследование). - 1985.- 80с.

25. Максутова Э.Л. Психопатология при эпилепсии // Современная психиатрия. - 1998. - С.4-9.

26. Мальцева М.М., Котов В.П. Опасные действия психически больных. Психопатологические механизмы и профилактика. - М.: Медицина. - 1995. - 256с.

27. Незнанов Н.Г., Киссин М.Я. Психические расстройства при эпилепсии // Психиатрия. Национальное руководство. - М., 2009. - С. 637-651.

28. Петрухин А.С. Эпилептология детского возраста // Руководство для врачей. М.: Медицина. - 2000. - С. 227-234

29. Плотичер А.И. Психопатологическая картина бессудорожной стадии эпилепсии у детей // Неврология и психиатрия. - М., - 1938. - С.48-62.

30. Сухарева Г.Е Эпилепсия // Клинические лекции по психиатрии детского возраста. - М. - 1955. - С.295-318.

31. Сухарева Г.Е Лекции по психиатрии детского возраста. Избранные главы. - М.: Медицина. - 1974. - С. 216-320.

32. Токарева Н.Г. Изменения психики и социального функционирования больных эпилепсией // Автореф. дис. канд. мед. наук. - 1998. - М.- 25с.

33. Усюкина М.В. Психические расстройства при эпилепсии и их судебно-психиатрическое значение // Автореф. дис. док. мед. наук. - 2001. - М.- 33с.

34. Усюкина М.В., Шахбази Т.А. Непароксизмальные психические расстройства вследствие эпилепсии // Российский психиатрический журнал. - 2012. - №1. - С.46-51.

35. Усюкина М.В., Шахбази Т.А. О соотношении позитивных и негативных расстройств при эпилепсии //Социальная и клиническая психиатрия. - 2013. - Т.23. - №1. - С.22-25.

36. Шомахова М.М., Лебедева А.В., Ершов А.В., Хомутов В.Е. Предикторы нарушений когнитивных функций при эпилепсии // Журн. неврологии и психиатрии. - 2011. - Т.111. - №5. - Вып. 2. - С. 65-71.

37. Austin J.K., Harezlak J., Dunn D.W., Huster G.A. Behavior problems in children before first recognized seizures // Pediatrics. - 2001. - Vol.107. - P.96-102.

38. Bear D.M. & Fedio, P. Quantitative analysis of interictal behaviour in temporal lobe epilepsy // Archives of Neurology. - 1977. - V. 34. - P.454-467.

39. Bear D., Freeman R., Greenberg M. Behaviuoral alterations in patients with temporal lobe epilepsy // Psychiatric aspects of epilepsy - Washington: American psychiatric press. - 1984. - P. 197-227.

40. Blumer D., Montouris G., Davies K. The interictal dysphoric disorder:recognition, pathogenesis, and treatment of the major psychiatric disorder of epilepsy // Epilepsy Behav. 2004. Vol. 5, N 6. P. 826-840.

41. Broicher S.D., Kuchukhidze G., Grunwald T., Krämer G., Kurthen M., Jokeit H. "Tell me how do I feel" - emotion recognition and theory of mind in symptomatic mesial temporal lobe epilepsy // Neuropsychologia. - 2012. - Jan; 50(1). - P.118-128.

42. Devinsky O. Ritaccio A., Personality disorders in epilepsy. In: Psychiatric issues in epilepsy. A practical guide to diagnosis and treatment. A. Ettinger, A. Kanner (eds.). Philadelphia. - 2001. - P. 147-161.

43. Falret J. De l et at. Mental des epileptiques // Arch. gen. med. - 1860 - V.16. - P.661-679.

44. Geschwind N. Patogenesis of behavior change in temporal lobe epilepsy // Ward A.A. Jr., Penry J.K., Purpura D.P., eds. - Epilepsy. - New York: Raven Press. - 1983. - P. 355-370.

45. Gülpek D., Bolat E., Mete L., Arici S., Celebisoy M. Psychiatric comorbidity, quality of life and social support in epileptic patients // Nord. J. Psychiatry. - 2011. - Dec; 65(6). - P. 373-380.

46. Hare R.D., Hare & Hart, Sonkin D. J. Manual for the Hare Psychopathy Checklist Revised.Toronto: Multi-Health Systems. - 1991, 1993.

47. Hollander E. & Stein D. J. (Eds.). Impulsivity and aggression. Toronto: Wiley. - 1995.

48. Marsh L., KraussG.L. Aggression and violence in patients with epilepsy //Epilepsy Behav. - 2000. - V.1. - P.106.

49. Monahan J., Steadman H.J. Violence and Mental Disorder Development in RiskAssessment. University of Chicago Press: London. - 1994.

50. Pizzi A.M., Chapin J.S., Tesar G.E., Busch R.M. Comparison of personality traits in patients with frontal and temporal lobe epilepsies // Epilepsy Behav. - 2009. - Jun; 15(2). - P.225-229.

51. Sonkin D. J. The assessment of court-mandated male batterers. In D. J. Sonkin (Ed.), Domestic violence on trial: Psychological and legal dimensions of family violence . New York: Springer. - 1987. - P. 174-196.

52. Schmitz B. Psychiatric aspects of epileptic disorders// Nervenarzt. - 2012. - Feb;83(2). - P.205-208.

53. Swinkels W.A., van Emde Boas W., Kuyk J., van Dyck R., Spinhoven P. Interictal depression, anxiety, personality traits, and psychological dissociation in patients with temporal lobe epilepsy (TLE) and extra-TLE // Epilepsia. - 2006. - Dec;47(12). - P.2092-2103.

54. Taylor D.С. Agressivity in epilepsy // Psychosomatics. - 1969. - №13. - P.229-236.

55. Taylor D.C. Mental state and temporal lobe epilepsy. A correlative account of 100 patients treated surgically// Epilepsia. - 1972. - V.13. - P.727-765.

56. Titlic M., Basic S., Hajnsek S., Lusic I. Comorbidity psychiatric disorders in epilepsy: a review of literature // Bratisl. Lek. Listy. - 2009. -110(2). - P.105-109.

57. Torta R., Keller R. Behavioral, psychotic, and anxiety disorders in epilepsy: etiology, clinical features, and therapeutic implications // Epilepsia. - 1999. - V.40. - Suppl 10. - P. 2-20.

58. Tranel D., Bechara A. Sex-related functional asymmetry of the amygdala: preliminary evidence using a case-matched lesion approach// Neurocase. - 2009. - Jun;15(3). - P. 217-234.

59. Trimble V.R. Psychiatric aspects of epilepsy // Psychiatric. Dev. - 1987. - P. 285-300

60. Yang Y., Raine A. Prefrontal structural and functional brain imaging findings in antisocial, violent, and psychopathic individuals: a meta-analysis// Psychiatry Res. - 2009. - Nov 30. - 174(2). - P.81-88.

61. Waxman S.G., Geschwind N. The interictal behavior syndrome of temporal lobe epilepsy// Arch. Gen. Psychiatry. - 1975. - V.32. - P.1580-1586.