Клинический опыт применения схемы тройной терапии, включающей цепэгинтерферон альфа-2b, симепревир и рибавирин, у пациентов с хроническим гепатитом С генотипа 1

О. О. Знойко1, Ю. Н. Линькова2, М. А. Морозова2
1ФГБОУ ВО "Московский государственный медико-стоматологический университет им. А.И. Евдокимова"

2ЗАО "БИОКАД", Санкт-Петербург

МКБ-10:

I.B15-B19.B18.2     Хронический вирусный гепатит С

Цель работы - изучение эффективности и безопасности применения комбинированной терапии хронического гепатита С препаратами цепэгинтерферон альфа-2b симепревир и рибавирин у пациентов с HCV генотипа 1 в целях дополнительного сбора данных о безопасности и эффективности применения тройной терапии для указанных пациентов, включающей пегилированный интерферон альфа, ингибитор протеазы HCV и рибавирин.
Материал и методы. В программу стимулированного сбора данных включали пациентов, получавших тройную схему противовирусной терапии (ПВТ): в течение 12 нед симепревир 150 мг/сут в комбинации с цепэгинтерфероном альфа-2b 1,5 мкг/кг/нед и рибавирином в дозе 800-1400 мг/сут в зависимости от массы тела, далее 12-36 нед цепэгинтерферон альфа-2b и рибавирин. Эффективность лечения оценивали по частоте достижения устойчивого вирусологического ответа (УВО) на 12-й или на 24-й неделе после окончания терапии, также оценивали промежуточные результаты полимеразной цепной реакции (ПЦР) на обнаружение РНК HCV в различные сроки терапии. В течение всего периода наблюдения оценивали безопасность терапии, отслеживали нежелательные явления и лабораторные отклонения.
Результаты и обсуждение. В настоящее время получены данные о лечении 37 пациентов с хроническим гепатитом С генотипа 1: 21 (56,76%) женщины и 16 (43,24%) мужчин (средний возраст - 41,92± 8,77 года). Абсолютное большинство пациентов ранее не получали ПВТ (75,68%, n=28). На момент анализа данных 34 пациента завершили курс лечения и период наблюдения. У 32 из 34 пациентов доступны результаты определения уровня HCV РНК через 12 и 24 нед после окончания лечения. УВО достигли 32 (94,12%) пациента. У 2 человек лечение было неэффективно: у 1 пациента на момент окончания лечения уровень HCV РНК составил 52 000 МЕ/мл, у второго пациента зафиксирован рецидив инфекции через 4 нед после окончания терапии. У 2 пациентов, продолжающих лечение в настоящее время, и у 1 пациента, находящегося на наблюдении, на промежуточных этапах результаты ПЦР исследования на HCV РНК были отрицательными. Зарегистрированные нежелательные реакции были ожидаемыми, характерными для применения интерферона и рибавирина, в абсолютном большинстве случаев умеренно выраженными, т.е. относились к 1-2-й степени по CTCAE.
Заключение. В представленной программе продемонстрирован опыт применения тройной схемы ПВТ с включением цепэгинтерферона альфа-2b симепревира и рибавирина в повседневной клинической практике. Клинический опыт подтверждает эффективность и безопасность применения данной тройной схемы ПВТ у пациентов с хроническим гепатитом С генотипа 1.
хронический гепатит С, противовирусная терапия, цепэгинтерферон альфа-2b, симепревир

Инфекц. бол.: новости, мнения, обучение. 2016. № 2. С. 100-109.

Хронический гепатит С (ХГС) в течение многих лет оста­ется одной из наиболее острых проблем здравоохра­нения в Российской Федерации. По опубликованным в 2014 г. данным, заболеваемость ХГС в Российской Фе­дерации составила 39,38 на 100 тыс. населения. В целом в Российской Федерации число выявленных случаев ХГС по сравнению с 2005 г. (31,8 на 100 тыс. населения) вырос­ло на 19%. В структуре хронических вирусных гепатитов на долю ХГС приходится 77,3% случаев (в 2013 г. - 76,3%, в 2012 г. - 75,8%) [1].

Основная цель противовирусной терапии (ПВТ) ХГС -достижение устойчивого вирусологического ответа (УВО). Стойкая элиминация вируса гепатита С из организма при­водит к снижению частоты формирования цирроза печени и его осложнений, риска развития гепатоцеллюлярной карциномы (ГЦК), уменьшению частоты "печеночного" ле­тального исхода в долгосрочной перспективе [2-4]. Также элиминация вируса гепатита С приводит к значительному снижению риска "непеченочной" смерти вследствие криоглобулинемического васкулита, являющегося закономер­ным прогностически значимым исходом хронической HCV-инфекции [5]. Кроме того, при проведении ПВТ ХГС снижа­ется риск таких HCV-ассоциированных заболеваний, как неходжкинская лимфома, мембранопролиферативный гломерулонефрит, поздняя кожная порфирия. Известно также, что ПВТ уменьшает выраженность HCV-ассоциированной па­тологии даже в случае, если УВО не достигается [6].

В течение последних 5 лет в лечении ХГС произошла революция. Разработаны новые препараты и схемы тера­пии, позволяющие приблизить эффективность лечения к 100%, сделать терапию безопасной и комфортной для пациента. Вектор современных исследований направлен на усовершенствование безинтерфероновых режимов и максимальное укорочение курса терапии. Европейская и американская ассоциации по изучению заболеваний печени (EASL и AASLD) в качестве предпочтительных ре­комендуют безинтерфероновые режимы. Их примене­ние в Российской Федерации ограничено, с одной сто­роны, сроками государственной регистрации (препараты, не прошедшие процедуру государственной регистрации, не могут применяться на территории РФ), с другой - вы­сокой стоимостью указанных схем. Таким образом, в Рос­сийской Федерации схемы, содержащие пегилированные интерфероны (ПЭГ-ИФН), сохраняют актуальность [7, 8]. В первую очередь интерес представляют тройные схемы ПВТ для лечения HCV генотипа 1, включающие препараты прямого противовирусного действия, ПЭГ-ИФН и рибавирин. Аргументом в пользу целесообразности применения интерферонсодержащих режимов служит тот факт, что при правильном отборе кандидатов для проведения те­рапии можно добиться высокой эффективности лечения. При этом многолетний опыт применения ИФН позволяет прогнозировать, заранее обсудить с пациентом и вовремя корректировать возникающие нежелательные реакции, что, как правило, способствует высокой приверженности пациентов лечению и определяет эффективность и без­опасность терапии.

Крайне важно, что в настоящее время появилась воз­можность оценить долгосрочные эффекты ПВТ с включением ИФН как у пациентов, достигших УВО, так и у тех, кто не от­ветил на лечение. Принимая во внимание, что одной из ко­нечных целей ПВТ ХГС является снижение смертности паци­ентов от причин, связанных с заболеванием печени, интерес представляют результаты работ, в которых было показано, что опыт применения ИФН даже при отсутствии вирусологи­ческого ответа ассоциирован со снижением частоты ослож­нений цирроза печени у HCV-инфицированных пациентов [9]. Известно также, что применение интерферонсодержащих режимов ПВТ снижает частоту развития ГЦК у пациентов с циррозом печени HCV-этиологии [10]. В одном исследова­нии было показано, что риск развития ГЦК при применении ИФН снижается даже у не ответивших на лечение пациен­тов. Применение ИФН у пациентов с ГЦК в анамнезе снижает риск рецидива рака печени [9].

Длительное время на российском рынке доминировали ПЭГ-ИФН импортного производства (ПЭГ-ИФН альфа-2а и ПЭГ-ИФН альфа-2b. В 2010-2013 гг. был разработан, из­учен и зарегистрирован на территории РФ отечественный ПЭГ-ИФН альфа - цепэгинтерферон альфа-2b (цеПЭГ-ИФН альфа-2b с молекулярной массой входящего в его состав полиэтиленгликоля 20 кДа. Как и все препараты данного класса, цеПЭГ-ИФН альфа-2b образуется путем присоединения к мо­лекуле интерферона полимерной структуры полиэтиленгликоля (ПЭГ). Биологические эффекты ПЭГ-ИФН альфа, в том числе и цеПЭГ-ИФН альфа-2b обусловлены исключительно интерфероном, оказывающим противовирусное, иммуно-модулирующее и антипролиферативное действие. Конъюга­ция с ПЭГ увеличивает молекулярную массу итоговой моле­кулы, удлиняя период циркуляции ИФН альфа в кровотоке. Кроме этого, повышаются стабильность и растворимость соединения, снижаются иммуногенность и протеолиз бел­ковой части препарата. Отличительной особенностью ори­гинального российского препарата является высокая гомо­генность состава - цеПЭГ-ИФН альфа-2b представлен одним изомером, в то время как препараты-предшественники -6-13-изомерными вариантами. Данный феномен позволяет предположить, что цеПЭГ-ИФН альфа-2b обладает высокой стабильной противовирусной активностью и лишен гете­рогенности биологических свойств множества изомеров. Особенности химической структуры позволяют получать стабильные водные растворы цеПЭГ-ИФН альфа-2b

В конце 2014 г. в Москве было проведено заседание Экс­пертного совета, посвященного перспективам применения тройной схемы ПВТ у пациентов с ХГС (генотип 1) в Россий­ской Федерации. В частности, рассматривался вопрос об использовании схемы ПВТ, включающей симепревир, цеПЭГ-ИФН альфа-2b и рибавирин. По результатам совещания были сформулированы следующие положения.

1. Клинические данные по безопасности и эффективно­сти цеПЭГ-ИФН альфа-2b в терапии пациентов с ХГС, в том числе вызванным ВГС генотипа 1, имеют высокую доказа­тельную силу.

2. Симепревир как представитель класса препаратов прямого противовирусного действия с высоким уровнем эф­фективности и безопасности в комбинации с ПЭГ-ИФН альфа и рибавирином является стандартом терапии ХГС генотипа 1b и генотипа 1а без мутации Q80K независимо от опыта предшествующей терапии и стадии фиброза у пациента.

3. Согласно инструкциям по медицинскому применению препаратов симепревир и цеПЭГ-ИФН альфа-2b тройная терапия "симепревир + цеПЭГ-ИФН альфа-2b + рибавирин" может быть рекомендована пациентам с ХГС генотипа 1b и генотипа 1а без мутации Q80K старше 18 лет с компенсиро­ванной функцией печени.

4. В процессе клинического применения тройной тера­пии "симепревир + цеПЭГ-ИФН альфа-2b + рибавирин" не­обходимо проводить активный сбор данных о нежелатель­ных явлениях (НЯ).

На основании заключения Экспертного совета было при­нято решение о проведении наблюдательной программы, цель которой заключалась в оценке эффективности и безопасно­сти применения комбинированной терапии ХГС препаратами цеПЭГ-ИФН альфа-2b симепревир и рибавирин у пациентов с HCV генотипа 1 в целях дополнительного сбора данных об эффективности и безопасности применения тройной терапии у указанных пациентов в реальной клинической практике.

Материал и методы

Данные об эффективности и безопасности схемы ПВТ, включающей цеПЭГ-ИФН альфа-2b симепревир и рибавирин, были получены посредством стимулированного сбора спонтанных сообщений о получающих лечение пациентах. Предоставление сообщений было усилено дополнитель­ными мерами, такими как рассылка информационных писем медицинским работникам и опрос медицинских работников сотрудниками медицинского отдела компании. Для внесе­ния сводной информации по безопасности была разрабо­тана форма, заполнявшаяся врачом на каждого пациента в течение всего периода терапии. Региональные сотрудники медицинского отдела компании осуществляли постоянное информационное взаимодействие с врачами и сбор сведе­ний о нежелательных реакциях.

Важно отметить, что при принятии решения о назначе­нии пациентам тройной схемы ПВТ врачи руководствовались собственным клиническим опытом, стандартными показа­ниями и противопоказаниями к назначению ПВТ и не были ограничены дополнительными критериями включения и ис­ключения. В течение первых 12 нед пациенты получали симепревир 150 мг/сут в комбинации с цеПЭГ-ИФН альфа-2b 1,5 мкг/кг/нед и рибавирином 800-1400 мг/сут в зависи­мости от массы тела, далее продолжали лечение цеПЭГ-ИФН альфа-2b и рибавирином в течение 12-36 нед.

До начала терапии у пациентов определяли генотип, в большинстве случаев субтип ВГС, уровень вирусной на­грузки, а в ряде случаев тип полиморфизма гена ИЛ-28В, также оценивали уровень основных показателей клиниче­ского анализа крови, маркеров цитолиза, холестаза и функ­ции печени. Выраженность фиброза определяли при по­мощи эластометрии и оценивали по шкале METAVIR.

В процессе терапии в соответствии с международ­ными и российскими рекомендациями пациентам про­водили контроль клинического анализа крови и биохимических показателей. Уровень вирусной нагрузки оценивали до начала терапии, далее на промежуточных эта­пах лечения (у большинства пациентов на 2-й, 4-й, 8-й, 12-й и 24/48-й неделях терапии). Эффективность лечения определялась частотой достижения вирусологического ответа через 12 и/или 24 нед после окончания терапии -УВО 12/24. В течение всего периода наблюдения оценивали безопасность, отслеживали нежелательные реакции и дина­мику лабораторных показателей на фоне терапии.

Результаты

В настоящее время получена подлежащая предвари­тельному анализу информация о лечении 37 пациентов с ХГС генотипа 1: 21 (56,76%) женщины и 16 (43,24%) муж­чин (средний возраст - 41,92±8,77 года). Большинство па­циентов, 28 (75,68%) из 37 человек, ранее не получали ПВТ. У 7 (77,78%) из 9 ранее леченых пациентов имел место ре­цидив после предшествующей противовирусной терапии интерферонсодержащей схемой; у 1 пациента - "нулевой" ответ, у 1 участника - частичный ответ.

К моменту анализа данных 34 пациента завершили курс терапии и прошли период наблюдения; 1 пациент находился в периоде наблюдения и 2 пациента продолжали терапию.

Как известно, в Российской Федерации наиболее распро­странен 1b субтип вируса, 1а субтип практически не встре­чается. У большинства пациентов (91,89%, n=34) имелся 1b субтип вируса гепатита С, в 3 случаях данные о субтипе 1 ге­нотипа вируса отсутствовали.

Генотип ИЛ-28В в регионе rs12979860 был исследован у 22 из 37 пациентов. Наиболее благоприятным типом поли­морфизма, отвечающим за адекватную индукцию ИЛ-28В и, соответственно, интерферонстимулированных генов, является С/С. Данный тип полиморфизма был выявлен у 7 пациентов. У 15 пациентов определялось носительство аллеля С/Т в регионе rs 12979860. Генотип Т/Т, имеющий отрицательное предсказательное значение в достижении вирусологического ответа, не обнаружен ни у одного участ­ника. Данные о типе полиморфизма гена ИЛ-28В в регионе rs 12979860 отсутствовали у 15 (40,54%) пациентов. Анализ полиморфизмов единичных нуклеотидов rs 8099917 (T>G) гена ИЛ-28В исследован у 16 из 37 человек. Генотип Т/G об­наружен у 10 человек, Т/Т - у 5. Полиморфизм G/G, ассоци­ирующийся с низкой частотой ответа на терапию ПЭГ-ИФН и рибавирином, обнаружен у 1 человека.

По данным эластометрии у большинства пациентов фи­броз отсутствовал или был слабо выражен. Цирроз печени (стадия F4 по METAVIR) был диагностирован у 2 пациентов (табл. 1).

Перед началом лечения медиана уровня HCV РНК со­ставила 5,7х105 МЕ/мл. В соответствии с рекомендаци­ями по применению тройной схемы ПВТ с включением симепревира, ПЭГ-ИФН и рибавирина, уровень HCV РНК должен быть исследован до начала терапии, на 4-й, 12-й, 24-й неделях терапии и через 12/24 нед после окончания лечения. При этом известно, что при сохранении опреде­ляемого уровня HCV РНК после 4 нед терапии достижение УВО маловероятно. В связи с этим при отсутствии вирусо­логического ответа на 4-й неделе терапии рекомендуется прекратить прием симепревира, ПЭГ-ИФН и рибавирина. В случае определяемого уровня HCV РНК на 12-й или 24-й неделе терапии следует прекратить прием ПЭГ-ИФН и рибавирина.

Данные об исследовании уровня HCV РНК на 4-й неделе терапии имелись у 30 из 37 участников программы. У абсо­лютного большинства пациентов (96,67%, n=29) на данном этапе лечения HCV РНК не определялась. У 1 пациента уро­вень HCV РНК на 4-й неделе терапии составлял 103 МЕ/мл. Несмотря на это, лечение пациента было продолжено. Инте­ресно, что впоследствии был достигнут УВО.

На 12-й неделе терапии уровень HCV РНК был определен у 33 пациентов, при этом у всех пациентов (100%) зафикси­рован отрицательный результат.

На момент окончания терапии уровень HCV РНК был ис­следован у 33 пациентов, у 32 (96,97%) из них уровень HCV РНК не определялся, у 1 (3,03%) пациента уровень вирусной нагрузки составил 52 000 МЕ/мл.

Уровень HCV РНК через 12/24 нед после окончания лечения определяли у 32 из 34 пациентов. УВО достигли 32 (94,12%) пациента. Таким образом, по имеющимся на мо­мент анализа данным, УВО не достигли 2 (5,88%) пациента: у первого пациента имелся определяемый уровень HCV РНК на момент окончания терапии, у второго отмечен рецидив заболевания через 4 нед после окончания лечения (табл. 2). У 2 пациентов, продолжающих в настоящее время лечение, промежуточные тесты на HCV РНК были отрицательные, у пациента, находящегося в периоде наблюдения, HCV РНК на момент окончания лечения не обнаружена.

Сбор данных о безопасности проводили с помощью специально разработанной формы. В анализ безопасности включены все пациенты (n=37). Зарегистрированные не­желательные реакции были ожидаемыми, характерными для применения интерферона и рибавирина, и в большинстве случаев умеренно выраженными - относились к 1-2-й сте­пени по критериям CTCAE (Common Terminology Criteria for Adverse Events). За время исследования не зарегистрировано ни одного летального исхода или другого серьезного НЯ. Случаев досрочного прекращения курса терапии по причине развития нежелательных реакций не зарегистриро­вано. Наиболее частыми НЯ были гриппоподобный синдром и лихорадка (табл. 3). Также были зарегистрированы случаи нарушения психики: депрессия - 7 (18,9%) случаев в пер­вый период терапии, из них 4 завершились к моменту перехода во второй период, 3 случая продолжились; проявления кожного зуда - 6 (16,22%) случаев в течение первых 12 нед и 2 (5,41%) случая во втором периоде; по 2 случая миалгии, артралгии и возникновения боли в области эпигастрия. Та­кие НЯ, как сыпь, повышение АД и гипотиреоз, были заре­гистрированы в единичных случаях. Обострение простатита в 1 случае, по мнению исследователей, не было связано с применяемой терапией (см. табл. 3).

Анализ безопасности применяемой схемы ПВТ вклю­чал динамику лабораторных показателей. При оценке по­казателей клинического анализа крови до начала лечения у 6 (16,2 %) пациентов выявлена лейкопения, у 1 (2,7%) пациента наблюдалась анемия. Данные гематологические нарушения находились в пределах 1-й степени по СТСАЕ. На фоне терапии у ряда пациентов наблюдалась тенденция к некоторому снижению уровней гемоглобина, эритроцитов, лейкоцитов и тромбоцитов. У 10 (27%) пациентов на фоне проводимой терапии наблюдалась анемия. У 9 из 10 паци­ентов данные отклонения находились в пределах 1-й степени, у 1 пациента была зафиксирована анемия 3-й степени по СТСАЕ. Снижение уровня лейкоцитов отмечено у 28 (75,68%) пациентов. Важно отметить, что у большинства пациентов (n=26) лейкопения находилась в пределах 1-2-й степени по СТСАЕ, у 2 больных лабораторные откло­нения были классифицированы как лейкопения 3-й сте­пени. Тромбоцитопения 1-й степени по СТСАЕ была отмечена у 9 (24,3%) пациентов. Через 12/24 нед после окончания лечения средние значения гематологических показателей находились в пределах нормы (рис. 1, 2).

У большинства пациентов до начала лечения определялось умеренное повышение активности АЛТ и АСТ; средние значе­ния данных показателей находились в пределах отклонения 1-й степени по СТСАЕ. На фоне лечения была отмечена норма­лизация активности сывороточных трансаминаз (рис. 3).

Исходно до начала терапии у 8 (21,6%) пациентов от­мечено умеренное повышение уровня общего билирубина. На фоне ПВТ гипербилирубинемия была зарегистрирована у 13 (35,14%) пациентов, у 8 из них лабораторные отклонения находились в рамках 1-й степени, у 5 - в рамках 2-й степени по СТСАЕ. При статистической обработке данных среднее значение уровня общего билирубина находилось в пределах референсных значений до начала лечения и оставалось в пределах нормы в течение всего периода лечения и наблю­дения (рис. 4).

Таким образом, анализ безопасности не выявил не­предвиденных НЯ. Они были типичными для стандартной противовирусной терапии, включающей рибавирин, симепревир и ПЭГ-ИФН альфа, носили временный и обратимый характер и не приводили к преждевременной отмене тера­пии или необходимости коррекции доз применяемых пре­паратов.

Обсуждение

Результаты представленной наблюдательной программы демонстрируют высокую эффективность и приемлемую без­опасность применения тройной схемы ПВТ с включением симепревира, цеПЭГ-ИФН альфа-2b и рибавирина для лечения ХГС генотипа 1. Полученные данные не противоречат опу­бликованным результатам клинических исследований, изу­чавших эффективность и безопасность применения тройной схемы ПВТ с ПЭГ-ИФН альфа, симепревиром и рибавирином у пациентов с генотипом 1 вируса гепатита С. В исследовании QUEST 1 сравнивали эффективность и безопасность применения тройной схемы ПВТ (симепревир, ПЭГ-ИФН альфа-2а и рибавирин) и двойной схемы ПВТ (ПЭГ-ИФН альфа-2а и рибавирин). В исследовании приняли участие 394 па­циента с HCV генотипа 1, ранее не получавшие ПВТ [11]. УВО12 был зафиксирован у 80% пациентов, получавших тройную схему ПВТ. В исследовании QUEST 2 проводи­лось сравнение эффективности тройной схемы терапии с включением ПЭГ-ИФН альфа-2а или альфа-2b. Значи­мых различий в эффективности двух видов интерферонов при применении их в составе тройной схемы ПВТ не по­лучено [12]. Эффективность тройной схемы ПВТ у пациентов с неудачным опытом ПВТ изучена в исследовании PROMISE, включившем 393 пациента. Частота УВО12 при приме­нении тройной схемы ПВТ составила 79% по сравнению 36% в группе контроля, получавшей ПЭГ-ИФН, рибавирин и плацебо [13].

В клинических исследованиях цеПЭГ-ИФН альфа-2b была доказана его как минимум не меньшая эффективность и безопасность по сравнению с другими существующими на рынке ПЭГ-ИФН, в том числе в когорте коинфицированных HCV и ВИЧ пациентов [14]. Учитывая рекомендации по при­менению препарата симепревир (в комбинации с ПЭГ-ИФН альфа и рибавирином, без уточнения конкретного типа ИФН альфа), включение цеПЭГ-ИФН альфа-2b в схемы тройной терапии этически оправданно. Общее соотношение "риск/ польза" благоприятно для пациентов, получающих указан­ную терапию.

В представленном наблюдении частота УВО при приме­нении тройной схемы составила 94%. Терапия назначалась в соответствии со стандартными показаниями и противо­показаниями к лечению, которыми руководствовались врачи в своей клинической практике. Тем не менее при более де­тальном анализе в представленной когорте пациентов можно выделить следующие предикторы положительного ответа на лечение: средний возраст - 41,92±8,77 года, европеоидная раса, женщины составили более половины когорты, у боль­шинства пациентов определен 1b субтип вируса. У абсо­лютного большинства пациентов, по данным эластометрии, отсутствовал тяжелый фиброз. Также не было указаний на тяжелые сопутствующие заболевания у пациентов, дан­ные которых в добровольном порядке были предоставлены врачами для анализа. Кроме того, в процессе терапии не за­фиксировано нежелательных реакций, требовавших прекра­щения лечения. Описанные факторы, вероятно, определили более высокую частоту УВО в представленном наблюдении, чем в регистрационных исследованиях симепревира. В це­лом в Российской Федерации преобладает 1b генотип HCV, доминируют более благоприятные генотипы ИЛ-28В, а также российские пациенты отличаются высокой приверженно­стью терапии, что определяет высокую эффективность трой­ной схемы ПВТ ХГС, включающей симепревир, цеПЭГ-ИФН альфа-2b и рибавирин.

Лечение оказалось неэффективным у 2 пациентов, у од­ного из них наблюдался ряд факторов, заведомо снижающих эффективность ПВТ: цирроз печени, высокая исходная ви­русная нагрузка, рецидив заболевания после предшествую­щего курса противовирусной терапии. У второй пациентки, не ответившей на лечение, известных предикторов негатив­ного исхода терапии обнаружить не удалось.

Заключение

В настоящее время для лечения ХГС разработаны как со­держащие интерферон, так и безинтерфероновые схемы терапии. В Российской Федерации, несмотря на ряд очевидных преимуществ, применение безинтерфероновых схем лече­ния часто ограничено ввиду их высокой стоимости. В связи с этим ПВТ с включением ИФН альфа сохраняет актуальность. В повседневной клинической практике необходимо выби­рать наиболее безопасный, менее длительный и затратный и при этом эффективный и удобный для пациента метод те­рапии. В российской популяции пациентов применение схем, содержащих ПЭГ-ИФН, оправданно ввиду преобладания 1b субтипа ВГС, доминирования благоприятных гено­типов ИЛ-28В, общей высокой приверженности пациентов к лечению. Кроме того, результаты ряда исследований по­казали снижение частоты развития цирроза печени и ГЦК у пациентов, получавших лечение ИФН, в том числе у па­циентов, не достигших УВО. Преимуществом ПВТ, включаю­щей симепревир, ПЭГ-ИФН и рибавирин, является возмож­ность укорочения длительности терапии у большей части больных с ХГС.

ЦеПЭГ-ИФН альфа-2b - один из наиболее доступных пре­паратов пегилированных интерферонов, представленных в Российской Федерации.

Клинический опыт подтверждает безопасность и эффек­тивность применения тройной схемы ПВТ с включением симепревира, цеПЭГ-ИФН альфа-2b и рибавирина у пациентов с ХГС генотипа 1.

Сведения об авторах

Ольга Олеговна Знойко - доктор медицинских наук, врач высшей категории, профессор кафедры инфекционных болезней и эпидемиологии

Место работы: ФГБОУ ВО "Московский государственный медико-стоматологический университет им. А.И. Евдокимова"

e-mail: olgaznoyko@yandex.ru

Юлия Николаевна Линькова - кандидат медицинских наук, медицинский директор по инфекционным заболеваниям

Место работы: ЗАО "БИОКАД", Санкт-Петербург

e-mail: linkova@biocad.ru

Мария Андреевна Морозова - кандидат медицинских наук, медицинский научный консультант

Место работы: ЗАО "БИОКАД", Санкт-Петербург

e-mail: morozovama@biocad.ru

МНН:  
Цепэгинтерферон альфа-2b
Симепревир
Рибавирин
ТН:  

I.B15-B19.B18.2     Хронический вирусный гепатит С

ЛИТЕРАТУРА

1. Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потреби­телей и благополучия человека. О состоянии санитарно-эпидемиологи­ческого благополучия населения в Российской Федерации в 2014 году: Государственный доклад. М. : Роспотребнадзор, 2015.

2. Backus L.I., Boothroyd D.B., Phillips B.R. et al. A sustained virologic response reduces risk of all-cause mortality in patients with hepatitis C // Clin. Gastroenterol. Hepatol. 2011. Vol. 9, N 6. P. 509-516.

3. van der Meer A.J., Veldt B.J., Feld J.J., Wedemeyer H. et al. Association between sustained virologic response and all-cause mortality among patients with chronic hepatitis C and advanced hepatic fibrosis // JAMA. 2012. Vol. 308, N 24. P. 2584-2593.

4. Veldt B.J., Heathcote E.J., Wedemeyer H. et al. Sustained virologic response and clinical outcomes in patients with chronic hepatitis C and advanced fibrosis // Ann. Intern. Med. 2007. Vol. 147, N 10. P. 677-684.

5. Гордовская Н.Б., Козловская Л.В., Милованова С.Ю. и др. Криоглобулинемический васкулит с поражением почек, ассоциированный с вирусом гепатита С: современные возможности лечения // Тер. арх. 2013. № 6. С. 78-84.

6. Mauss S., Berg T., Rockstroh J., Sarrazin C. et al. Hepatology. A dinical Textbook. 2014.

7. EASL Recommendations on Treatment of Hepatitis C 2015 //J. Hepatol. 2015. Vol. 63. P. 199-236.

8. Hepatitis C Guidance: AASLD-IDSA Recommendations for Testing, Managing, and Treating Adults Infected with Hepatitis C Virus // Hepatology. 2015. Vol. 62, N 30. P. 932-954.

9. Nazir S., Amanullah, Mufariq S., Usman K. Preventive role of interferon in hepatocellular carcinoma in non-responder hepatitis B and C patients // JPMI. 2015. Vol. 29, N 4. P. 284-287.

10. Miyake Y., Iwasaki Y., Yamamoto K. Meta-analysis: reduced incidence of hepatocellular carcinoma in patients not responding to interferon therapy of chronic hepatitis C // Int. J. Cancer. 2010. Vol. 127. P. 989-996.

11. Jacobson I.M., Dore G.J., Foster G.R., Fried M.W. et al. Simeprevir with pegylated interferon alfa 2a plus ribavirin in treatment-naive patients with chronic hepatitis C virus genotype 1 infection (QUEST-1): a phase 3, randomised, double-blind, placebo-controlled trial // Lancet. 2014. Vol. 384, N 9941. P. 403-413.

12. Manns M., Marcellin P., Poordad F., de Araujo E.S. et al. Simeprevir with pegylated interferon alfa 2a or 2b plus ribavirin in treatment-naive patients with chronic hepatitis C virus genotype 1 infection (QUEST-2): a randomised, double-blind, placebo-controlled phase 3 trial // Lancet. 2014. Vol. 384, N 9941. P. 414-426.

13. Forns X., Lawitz E., Zeuzem S., Gane E. et al. Simeprevir with peginterferon and ribavirin leads to high rates of SVR in patients with HCV genotype 1 who relapsed after previous therapy: a phase 3 trial // Gastroenterology. 2014. Vol. 146. P. 1669-1679.e3.

14. Нагимова Ф.И., Рассохин В.В., Линькова Ю.Н. и др. Цепэгинтерферон альфа-2b в терапии хронического гепатита С у ВИЧ-инфицированных пациентов (итоговые результаты многоцентрового рандомизированного клинического исследования // Инфекционные болезни. 2016. Т. 14, № 1. С. 5-13.